В Малом театре поставили «Анну Каренину» Льва Толстого
Мысль написать роман о замужней великосветской женщине, «потерявшей» себя, возникла у Толстого в 1870 году. Именно такую драму пережила Мария Николаевна - сестра писателя, мать троих детей. Ради любви к Тургеневу она развелась с мужем, но Тургенев не женился на ней.
Абсолютно «частный» замысел, никакого намёка на большие социальные проблемы будущей «Анны Карениной». Писатель говорил, что ставит задачей сделать эту женщину только «жалкой и не виноватой», тем более, что, как только представился ему этот тип, вокруг него «сгруппировались все лица и мужские типы, представлявшиеся прежде». Садись и пиши, но к воплощению замысла Лев Николаевич приступил лишь три года спустя. И, подобно Гоголю с «Мёртвыми душами», под воздействием Пушкина: прочитав залпом (в седьмой раз!) его пятый том - с «Повестями Белкина», «Капитанской дочкой» и неоконченным отрывком «Гости съезжались на дачу». Вот этим «гостям» и суждено было стать действующими лицами будущего романа. А о пушкинской манере письма Толстой изрёк: «Вот как надо писать. Пушкин приступает прямо к делу. Другой бы начал описывать гостей, комнаты, а он вводит в действие сразу».
С 1875 года «Анна Каренина» главами печаталась в «Русском вестнике», отдельным изданием в трёх томах вышла в январе 1878-го. Успех был необычайный, тем печальнее сознавать, как отнеслись к роману некоторые «коллеги» Толстого: Чайковский назвал его «пошлой дребеденью», Салтыков-Щедрин - «коровьим романом», Анна Ахматова сказала, что роман построен «на физиологической и психологической лжи», критик Ткачёв твердил о «скандальной пустоте содержания», а Некрасов одарил эпиграммой: «Толстой, ты доказал с терпеньем и талантом,\Что женщине не следует гулять\Ни с камер-юнкером, ни с флигель-адъютантом,\Когда она жена и мать». Но были и другие мнения.
У героини Толстого было несколько прототипов: внешность - Марии Гартунг, старшей дочери Пушкина, судьба и характер - Александры Оболенской, поборницы женского образования в России, а трагическая гибель - Анны Пироговой, экономки соседа Толстых по даче, не пережившей измены хозяина. Толстого приглашали в качестве понятого для констатации смерти этой женщины, он видел её тело на анатомическом столе, и эта сцена есть в романе.
... И вот премьерные спектакли «Анны Карениной» идут на Исторической сцене Малого театра. Поставил спектакль по своей сценической версии, он же автор хореографии, художественный руководитель новосибирского театра «Красный факел» Андрей Прикотенко. Это его первая работа на сцене Малого театра, и режиссёр подчеркнул, что именно артисты Малого позволили ему создать на сцене «мир высокой нравственной этики», без которой этот сюжет выглядел бы историей банальной измены. По словам Прикотенко, эта история «очень идёт» артистам Малого театра, так как они «не изображают высокие этические нормы, для них это как бы само собой разумеющееся».
Главный акцент в спектакле сделан на семье, и в этом смысле постановщик чётко следовал за Львом Николаевичем, сказавшим однажды, что в «Анне Карениной» он любит «мысль семейную». Толстой идеализировал семейную жизнь и под «мыслью семейной» понимал философское осмысление идеи семьи как основы человеческого бытия, которая хранит в себе моральные ценности, и способна сделать человека, как счастливым, так и несчастным. Писатель считал, что именно в кругу семьи люди осмысливают и все важнейшие перемены в обществе. В своей сценической версии режиссёр сохранил основные темы романа, не пожертвовав объёмом, узнаваемы все модели семьи толстовского времени: формальный брак Карениных (Алексей Александрович - Виктор Низовой, Анна - Полина Долинская), погружённый в хаос Облонских (Долли - Наталья Калинина, Стива - Глеб Подгородинский), нащупывающий гармонию Лёвиных (Кити - Елизавета Долбникова, Константин - Михаил Мартьянов) и - над всем как сигнал бедствия разрушительный союз Анны и Вронского (Нил Кропалов).
Новая «Анна Каренина» идёт на огромной пустой сцене (художник-постановщик Ольга Шаишмелашвили, художник по свету Константин Бинкин), без признаков декораций, по необходимости появятся лишь диван, стулья, подарочные коробки, детские игрушки. Всё внимание - персонажам: в мизансцене «Взгляд» вам представят Анну и Вронского: они встретились в Бологом, на полпути в Питер, и «узнали» друг друга. А дальше начинается волшебство: вальсируя под тревожную музыку Евгении Терёхиной, под кружащийся снег из нарезанной на квадратики белой бумаги, на сцену влетают персонажи «Анны Карениной», представители тех самых семейств. Снег - главная метафора спектакля: осветив роковой танец героев на московском балу, он превратится в роковую метель на железнодорожной станции и просто в снегопад над городом, расчищать который гурьбой выбегают дети Облонских, тема беззаветного детства на фоне роковых страстей, переживаемых старшим поколением, впечатляет и берёт за душу.
В перерывах, которые делают вальсирующие, как под увеличительным стеклом или как на стоп-кадре, видим главных героев. Счастливых, обнимающихся в снегу - Анну и Вронского. Анну с короткой стрижкой, с новорожденной девочкой на руках: она превозмогает этот период в доме Каренина, и ей так плохо, что ни до ребёнка, ни до чего нет дела, а суетящийся вокруг неё Каренин исторгает из её груди лишь жуткий вопль страдания... Видим Кити с Лёвиным, объясняющихся с помощью первых букв слов, написанных мелком, на чём придётся (сцена автобиографична). Бедного Каренина, попавшего в лапы сектантки, графини Лидии Ивановны (Ирина Леонова), которая нерушимым столпом стоит на пути встреч Анны с Серёжей, а также получения ею развода. Серёжу в очередь играют Юра Юдаев (правнук Юрия Соломина) и Эдик Марцевич (внук Эдуарда Марцевича).
Каренин-Низовой, конечно, удивляет зрителей: никакого «человека-машины», перед нами едва ли не романтик, играющий на скрипке, и поющий романс Глинки «Сомнение». «Уймитесь волнения страсти...» «Любовь - страшная вещь, - сказал Виктор Низовой о своём герое, - она делает людей безумцами. Анна все равно любит Каренина, хотя и влюбляется во Вронского. А Каренин - очень глубокий персонаж: жена изменила ему, и он вроде как должен ей мстить, но нет, он любит Анну и не хочет её отпускать».
Все участники спектакля говорили о том, как страшна может быть любовь, на грани диагноза и приговора. «Людей высокой этической нормы она может разрушить, не оставив от них камня на камне», - сказал режиссёр. Анна в исполнении Полины Долинской, несмотря на то, что немало читателей и зрителей разделяют мнение критиков XIX века, вызывает сострадание и сочувствие. Эта милая женщина оказалась перед невозможным выбором: любимый человек или сын, а стечение обстоятельств предопределило трагический финал. Долинская рассказала, что несколько раз перечитывала роман, и каждый раз он раскрывался перед ней по-новому. "Думаю, моё знакомство с Анной Карениной продолжится, - сказала актриса, - когда просыпаются неподдельные эмоции, чувствуешь, что взлетаешь над сценой, дополнительные крылья нам подарила художник-постановщик".
На вопрос, возможен ли был не роковой финал для её героини, актриса ответила словами Толстого: "Я люблю, кажется, равно, но обоих больше себя, два существа - Серёжу и Алексея. Только эти два существа я люблю, и одно исключает другое. Я не могу их соединить, а это мне одно нужно. А если этого нет, то всё равно. И как-нибудь кончится». Как «кончилось», мы знаем. Анну унесла метель, которая вдруг разыгралась так, что ни зги было не видно... Пушкинская метель, в которой, хочешь не хочешь, а слышатся отголоски и другой метели, и другой музыки - как же страшно взаимосвязано всё в этом мире, и можно ли осуждать Анну, успевшую прошептать эти слова - «Где я? Что я делаю? Зачем?..»
Владимир Набоков, подобно Фолкнеру, считал «Анну Каренину» одной из величайших книг о любви в мировой литературе, но противопоставлял физическую любовь Вронского и Анны истинно христианской Лёвина и Кити. Нравственный вывод Толстого формулировал так: «Любовь не может быть только физической, тогда она эгоистична и разрушительна, а, значит, греховна». Не оставляет литераторов Анна...
Нина Катаева
Фото Владимира Коробицына
Свежие комментарии